Главная » Блогосфера » Спецпроект «Русская провокация» (с)

Спецпроект «Русская провокация» (с)

«Русская провокация» – проект радио «Эхо Москвы» (цитата с сайта радиостанции «Эха Москвы»).

Совершенно не предполагал, что придется вот уже в третий раз привлекать внимание читателей к теме, на первый взгляд, не стоящей и выеденного яйца. Тем не менее кампания диффамации, направленная против авторов Меморандума экспертов «Кремлевский доклад. Как определить кремлевскую правящую элиту и ее агентов«, вот уже более недели разворачивающаяся на наших глазах, заставляет нас попытаться разобраться в том, откуда она взялась, и зачем она ведется. Многое из того, что изложено ниже, уже известно тем, кто следит за этой историей. Тем не менее, учитывая нынешний уровень общественного внимания к теме, полагаю возможным еще раз максимально полно изложить известную мне по этом вопросу информацию.

У нижеследующего текста три части:
1. Кампания диффамации.
2. Меморандум экспертов и Кремлевский доклад.
3. Что все это означает?

Часть 1. Кампания диффамации
Вечером 18 января обнаружил в своей почте ворох запросов от журналистов с просьбой срочно  прокомментировать опубликованный нами 13 ноября прошлого года Меморандум и грядущую публикацию 29 января нынешнего года Кремлевского доклада. Это было довольно странно – никакой видимой причины, по какой совершенно разным журналистам вдруг срочно потребовались мои комментарии, не было.

Однако наутро 19 января ситуация прояснилась – мне прислали сообщение, затем воспроизведенное в этом ЖЖ, о том, что с 18 января в сети распространяется фальшивка о лоббировании, в частности, двумя русскими, включая и АДС (автора данных строк), невключения П.Авена и М.Фридмана в американский список «Кремлевского доклада».

Пока разыскивал первоначальный источник этой фальшивки, мне прислали еще с полдюжины фальшивок аналогичного характера из разных телеграм-каналов и других социальных сетей. Стало ясно, что это не единичный случай, а целая кампания дезинформации.

Довольно быстро удалось установить, что исходным источником фальшивки оказался телеграм-канал К.Орловой, ее сообщение про полученный ею т.н. «инсайдик» было воспроизведено в этом ЖЖ здесь.

Позвонив К.Орловой, я задал ей два вопроса: «Откуда она взяла эту чушь?» и «Почему она предварительно не связалась ни с одним из упомянутых ею лиц для проверки опубликованного ею мусора?» Орлова ответила, что это ей сказал А.Венедиктов, якобы по результатам его разговора с А.Пионтковским. На мой второй вопрос она не ответила. В то же время ее очень интересовал вопрос: «Почему вы (то есть я) лоббирую исключение из американского списка ельцинских олигархов?» Мне пришлось терпеливо (не менее пяти раз) повторить ей следующее:

1. Американского списка в публичном пространстве сейчас еще нет, возможно, он будет опубликован 29 января, поэтому физически исключить из несуществующего списка кого-либо просто невозможно.
2. Ни я, ни мои коллеги по экспертной группе не готовим американский список. Его готовят сотрудники государственных органов США – Казначейства, Госдепа, Национальной разведки.
3. Мы с коллегами подготовили другой документ – Меморандум – о принципах включения в список и идентификации групп лиц, которые могут быть включены в Кремлевский доклад. Но к самой работе по включению (или не включению) тех или иных лиц в список мы непричастны.
4. Более того, добавил я (не менее пяти раз), даже если такой запрос и поступил бы в мой адрес, то я никогда бы не стал этого делать – по этическим соображениям.
5. Термины «ельцинские» и «ельцинские олигархи» никогда экспертами не использовались при работе над Меморандумом; никто из них никогда не высказывал ничего, что хотя бы отдаленно могло бы интерпретироваться как особое отношение к т.н. «ельцинским олигархам». «Ельцинские» – это с самого начало полная, совершенно безосновательная, абсурдная выдумка, не имеющая ничего общего с действительностью.

По комментариям и вопросам Орловой стало ясно, что тогда у нее не было никакого (повторюсь: никакого) представления о том, кто, почему и как работал над Меморандумом и сейчас работает над Кремлевским докладом. Выяснилось также, что она постоянно путает Кремлевский доклад и Список Путина, американскую администрацию и ФСР, Вашингтон и Вильнюс. Тогда я сказал: «Давайте я вам объясню хотя бы основные пункты, чтобы у вас было хотя бы базовое представление о предмете, иначе вы постоянно все путаете«. В течение получаса я рассказывал ей про работу над Меморандумом и Кремлевским докладом. В частности, пришлось подробно говорить (и затем еще не менее пяти раз повторять разъяснение про пункт 5 Меморандума (о группах лиц) и клаузу к этому пункту, что ее интересовало особенно). На вопрос, для кого именно предназначена эта клауза, мои ответы были следующими:

1. Клауза в текст внесена не мной, но в конце концов я с ней согласился. 
2. Назвал ей несколько имен российских граждан, какие, с моей личной точки зрения, могли бы подпадать под действие этой клаузы. 
3. Повторил еще раз, что названные мной имена – это мое личное мнение; никакого отношения это мое личное мнение относительно конкретных имен к формированию американского списка не имеет; я никогда не предлагал эти или какие-либо другие имена к включению (или невключению) в американский список, не предлагаю их сейчас и не собираюсь предлагать в дальнейшем; сообщил эти имена только Орловой и только по ее личной настоятельной просьбе. 
4. На вопрос Орловой о том, должны ли представители группы «Альфа» попасть в американский список, ответил еще раз, что не составляю американский список; никогда не предлагал, не предлагаю и не буду предлагать конкретные имена в этот список; что даже если кто-нибудь из составителей списка поинтересовался бы моим мнением на этот счет, то ответил бы отказом. 
5. После того, как Орлова раз в пятый спросила меня о том, каково мое личное мнение о том, должна ли Альфа быть включена в американский список, ответил, что не могу ответить на этот вопрос, так как не составляю этот список. Но все лица и компании, подпадающие под разработанные нами критерии, с моей точки зрения, в список должны быть включены.
6. Единственное, что я могу сказать в качестве своего исключительно личного мнения, так это – подпадает ли Альфа под разработанные нами и включенные в Меморандум критерии. Поскольку накануне нашего разговора М.Фридман сообщил, что Альфа вскоре прекратит работать с предприятиями ВПК, то это означает, что по крайней мере до этого момента Альфа работала с ними и, следовательно, она подпадает под действие критериев Меморандума.

В ходе разговора Орлова заявила мне, что поняла, что ее сообщение в телеграм-канале было неверным, и пообещала, что она опубликует его опровержение, в том числе, возможно, на Эхе Москвы. Это ее обещание я воспроизвел в этом постинге.

После разговора с Орловой я связался с А.Пионтковским, который сообщил мне, что действительно говорил с А.Венедиктовым, однако в их разговоре ни разу не упоминались ни имена Авена и Фридмана, ни Альфа, ни клауза из п. 5. В то же время Венедиктов просил способствовать включению в американский список одного члена Государственной Думы, а также интересовался условиями, при которых два известных российских чиновника ельцинского призыва могли бы избежать попадания своих имен в Кремлевский доклад. Пионтковский сообщил мне, что направил Венедиктову письмо, в котором он поинтересовался реакцией главреда Эха Москвы на фальшивку, произведенную его журналисткой. Насколько мне известно, ответа Венедиктова на это письмо он пока не получил.

Примерно через сутки после моего разговора с Орловой она опубликовала в своем ФБ материал, который не являлся опровержением ее первоначальной фальшивки, но содержал в себе новые оскорбления А.Пионтковского и меня, а также слегка искаженную информацию о Меморандуме и Кремлевском докладе, навеянную, очевидно, разговором со мной накануне.

Данный пасквиль вынудил нас сделать совместное заявление.

Очевидно, в ответ на него участники спецпроекта «Русская провокация» стали расширять кампанию по диффамации авторов Меморандума под лозунгом «Ельцинских хотят отделить от путинских».

К.Орлова:
Поразительное, все-таки, качество: держать всех за идиотов

А.Венедиктов:
Считаете ли Вы поавильным избать «ельциновских олигархов» от внесения в санкционный список США

Иван Шварц:
Теперь Илларионов уверяет, что не лоббирует персональный состав американского санкционного списка

А.Венедиктов:
Спрашивают – буду я отвечать Андрею Илларионову на наезд?
В субботу в 13 на Эхе в эфире

А.Венедиктов:
Ельцинских олигархов хотят отделить от путинских

А.Венедиктов:
А вот за них топит Илларионов? Веселуха

А.Венедиктов – А.Мальгину:
Вас финансирует Альфа? Вы боретесь за исключение их из санкционного списка? Вот все и стало на свои места

К.Орлова:
Когда змее наступают на хвост

Л.Радзиховский:
https://echo.msk.ru/programs/personalno/2133862-echo/

А.Соломин и Я.Уринсон:
https://echo.msk.ru/programs/personalno/2133860-echo/

А.Венедиктов. Будем наблюдать:
https://echo.msk.ru/programs/observation/2136522-echo/

Ю.Латынина. Код доступа:
https://echo.msk.ru/programs/code/2136596-echo/

Венедиктов поймал на лжи лоббиста США из России

Илларионов собрал деньги с ельцинских олигархов за вывод из-под санкций США

К.Орлова:
Илларионов пишет пламенные письма трудящимся, называя нас с ААВ кремлевской пропагандой

Часть 2. Меморандум и Кремлевский доклад
В октябре прошлого года вместе с А.Пионтковским АДС был приглашен в экспертную группу по подготовке Меморандума «Кремлевский доклад. Как определить кремлевскую правящую элиту и ее агентов«. Об этой работе я рассказывал несколько раз на страницах этого блога, в своих выступлениях на радиостанциях «Свобода», «Эхо Москвы», в многочисленных интервью, так что повторять сказанное нет необходимости.

Главным результатом этой работы стали выработка трех критериев и идентификация семи групп лиц, которые могли бы быть использованы при подготовке «Кремлевского доклада» его авторами из американской администрации.

Как мы неоднократно заявляли (публично – начиная с 13 ноября прошлого года), мы с А.Пионтковским не лоббировали, не лоббируем и не собираемся лоббировать государственные органы США относительно включения (или не включения) тех или иных конкретных лиц в список Кремлевского доклада.

В ходе работы над Меморандумом появилось Примечание (клауза) к пункту 5, к которому в последнее время привлекают особое внимание:

5. Общеизвестные «олигархи», являющиеся крупными бизнесменами, сильно выигрывающие от совместного ведения прямого бизнеса с Кремлем. Некоторые из этих лиц совместно с ближним кругом Путина являются совладельцами компаний. Другие выступают в качестве прикрытия для кремлевского руководства.
• Примечание: крупные российские бизнесмены не должны быть включены в список только из-за величины своих активов. Некоторые из них создали свои состояния до Путина, и затем, чтобы выжить, были вынуждены платить крупную дань Кремлю. Включение таких лиц в Кремлевский доклад не соответствовало бы целям статьи 241.

Эта же мысль другими словами высказана в том же Меморандуме в первом примечании сразу же после изложения трех его главных критериев:

Следует заметить, что легально заработанное богатство само по себе не следует 
рассматривать как нежелательное. Те российские граждане, кто пытался реализовать американскую (то есть поистине всемирно универсальную) мечту о личном обогащении через честное предпринимательство, должны быть не наказаны, а вознаграждены.

Происхождение и обоснование этой клаузы к пункту 5 и этого примечания к трем критериям объясняется следующим.

1. Прежде всего это отражение принципиального, фундаментального отношения всех авторов Меморандума к честно ведущемуся бизнесу, законно заработанному богатству. Честное предпринимательство не является преступлением, а достойные предприниматели не должны быть наказаны только за то, что они заработали деньги.

2. Статья 241 закона США № 3364 абсолютно четко и недвусмысленно указывает, кто именно, по мнению американских законодателей, должен быть включен в «Кремлевский доклад»:

(A) Установить личности наиболее значимых высокопоставленных политических деятелей и олигархов в Российской Федерации, определяемых их близостью к российскому режиму и размером принадлежащих им активов.
(B) Подробно охарактеризовать взаимосвязи между лицами, указанными в подпункте (A), и президентом Владимиром Путиным или другими членами правящей российской элиты.

(A) An identification of the most significant senior foreign political figures and oligarchs in the Russian Federation, as determined by their closeness to the Russian regime and their net worth.
(B) An assessment of the relationship between individuals identified under subparagraph (A) and President Vladimir Putin or other members of the Russian ruling elite.

Иными словами, статья 241 однозначно и недвусмысленно требует идентификации и включения в Кремлевский доклад лиц, определяемых их близостью к нынешнему российскому режиму, в особенности их близостью к Владимиру Путину.

3. Во время работы над Меморандумом со стороны ни одного из экспертов никогда не звучали такие слова и выражения, как «ельцинские», «ельцинские олигархи» и т.п. термины. Это объясняется совершенно очевидной причиной – потому что эксперты пытались найти наиболее точные ответы на запрос законодателя, четко сформулированный в тексте статьи 241: «близость к нынешнему российскому политическому режиму и лично Владимиру Путину«. Происхождение государственного чиновника, менеджера, бизнесмена, предпринимателя, зажиточного человека (а также его состояния) – каким бы оно ни было, и как бы оно ни определялось – не имело и не имеет при подготовке доклада никакого значения. Так же, как и национальность, религия, цвет кожи, язык и т.п. характеристики.

С этой точки зрения, кампания, развернутая А.Венедиктовым в пользу включения в список Кремлевского доклада т.н. «ельцинских олигархов», «ельцинских», и других подобных групп, просто нелепа и абсурдна по определению. Она свидетельствует в лучшем случае лишь о незнакомстве автора этой кампании с текстом статьи 241. Или же о его знакомстве с текстом статьи 241, но намеренном его искажении. Следует отметить также, что кампания Венедиктова «против исключения ельцинских» из американского списка нелепа и абсурдна по меньшей мере по четырем причинам.

Во-первых, она нелепа, потому что самым очевидным образом противоречит заданию, четко сформулированному законодателем в статье 241 – «близость к нынешнему политическому режиму и Путину«, а не «близость к политическому режиму, существовавшему в России в 1990-х годах, и Ельцину«. Возможно, американские конгрессмены не понимают очень многого и очень важного в нынешней российской действительности, но они поставили ту задачу, какую поставили они, а не ту, какую хотел бы поставить главный редактор «Эха Москвы».

Во-вторых, она абсурдна, потому что предполагает, что в работе такой команды экспертов, в составе которой мне пришлось работать, в принципе могут предлагаться и обсуждаться такие критерии идентификации, как «происхождение«. Это означает попытку приписать собственные, весьма специфические, представления об окружающем мире другим людям с совсем иным мышлением.

В-третьих, она нелепа, потому что предполагает (судя по проводимой А.Венедиктовым кампании), что внешние эксперты, кем бы они ни были, якобы в состоянии изменить задачу, сформулированную в законе, принятом Конгрессом США.

В-четвертых, она абсурдна, потому что предполагает и даже настаивает на том, что иностранные (российские) эксперты или же результаты голосования в российском твитере якобы в состоянии повлиять на состав списка лиц в Кремлевском докладе. Это лишь еще одно свидетельство об удивительном состоянии мышления организатора этой кампании.

4. Поскольку ко мне уже не раз обращались с просьбой пояснить, к кому именно относится клауза из пункта 5, то отвечаю. Предварительно еще раз повторяю, что никогда не занимался, не занимаюсь и не собираюсь заниматься лоббированием включения или не включения каких-либо конкретных лиц в составляемый американцами список, прежде всего по этическим соображениям. Тем не менее, поскольку этот вопрос регулярно задается, то выскажу свою, исключительно личную, точку зрения, какую никому не предлагаю и никому не навязываю.

С моей точки зрения, клауза к пункту 5 может относиться к таким людям, как Д.Б.Зимин, М.Б.Ходорковский, Е.А.Чичваркин, а также к тысячам и десяткам тысяч других российских предпринимателей, смогших создать успешные бизнесы и заработать приличные состояния, но не являющихся близкими к нынешнему российскому политическому режиму и лично Владимиру Путину.

Именно об этом я говорил, в частности, в ходе своего разговора с К.Орловой. Но, как видим, такие объяснения не соответствовали замыслу проводимой спецоперации, и потому о моей позиции в отношении клаузы к п. 5, сообщенной мной Орловой, читатели так ничего от нее и не узнали. В силу вышесказанного никого не должно удивлять, что после этого какое-либо содержательное общение с такого рода «журналисткой» с этого момента полностью исключено.

3. Что все это означает?
Как может видеть внимательный читатель, мы сталкиваемся с несколько необычной ситуацией.

1. Мы стали свидетелями массированной кампании диффамации авторов Меморандума к публикуемому в ближайшее время Кремлевскому докладу. Назовем эту кампанию для краткости «Спецпроект «Русская провокация».

2. Как видно, этот спецпроект в последнее время не только не затихает, но и все более ширится и набирает обороты.

3. Никаких оснований у него нет. От слова совсем. Вот просто абсолютно НИЧЕГО. Естественно, АДС не занимался, не занимается и не будет заниматься лоббированием внесения или невнесения конкретных лиц в какой-либо американский список.

4. Все заявления о таком «лоббировании» – от первоначального «инсайдика» К.Орловой в ее телеграм-канале от 18 января до вчерашнего утверждения А.Венедиктова о «цивилизованном лоббизме» – ложь от начала и до конца.

5. Список лживых заявлений и утверждений, уже сделанных в рамках этого спецпроекта, поражает воображение и вызывает естественный вопрос: «Зачем?»

6. Масштабы осуществляемого спецпроекта (см. часть 1 этого текста) также вынуждают задуматься над вопросом: «Зачем?»

7. В ходе осуществления этого спецпроекта у его непосредственных исполнителей ни разу не возникли ни желание, ни мысль взять у авторов не нравящегося им Меморандума интервью, уточнить детали работы над ним, поинтересоваться у них, как на самом деле обстоит дело. То есть задачи узнать новую информацию, проверить ее (как минимум, у двух-трех независимых друг от друга источников, как принято в нормальной журналистике) и сообщить эту информацию публике в принципе не было.

8. Идея взять интервью хоть у кого-то, например, у А.Аслунда, все же появилась у Венедиктова, но только уже на его обратном пути из Вашингтона. Для «журналистки» Орловой, якобы интересующейся темой Меморандума, она оказалась настолько неожиданной и свежей, что она не смогла скрыть своего восхищения этим предложением: «Хорошая идея. Напишу ему«.

9. Для того, чтобы у читателей было бы некоторое представление о том, чем отличается спецпроект от нормальной журналистики, можно познакомиться с материалом С.Титова из «Форбса», который частично построен на моих ответах этому журналисту (без кавычек) по той же самой теме, данных в то же время, что и Орловой: Чудовищный стресс. Как миллиардеры ждали нового санкционного списка.

10. Совершенно ясно, что у авторов и исполнителей указанного спецпроекта была совершенно другая цель – не получить новую, более точную, более детальную информацию о подготовке Кремлевского доклада, не проверить ее, не сообщить ее читателям и слушателям, а развернуть кампанию шельмования авторов Меморандума и, следовательно, очевидно, дискредитировать – насколько это возможно – Кремлевский доклад, готовящийся сейчас к публикации.

Венедиктов нисколько и не скрывал, что именно с этой целью он и отправился в Вашингтон. Именно этим он активнейшим образом и занимался в ходе осуществления спецпроекта (см. список действий в части 1). Именно этому были посвящены его выступления в Институте Кеннана и в программе «Будем наблюдать» на Эхе Москвы.

Разбирать и опровергать его лживые заявления, как-то:
— о его приглашении в Вашингтон Д.Фридом,
— о моих «попытках исключения из американского списка ельцинских олигархов»,
— о моем «лоббировании», в т.ч. о «цивилизованном лоббировании»,
— о якобы именовании его мной «кремлевской пропагандой»
просто нелепо. Все эти лживые утверждения являются важными элементами осуществляемого спецпроекта «Русская провокация».

Но, уважаемые читатели, как вы думаете, с какой целью был задуман и столь энергично осуществляется этот спецпроект?

П.С.
Сегодня воскресенье, и адвокаты не работают. А завтра, в понедельник, начинаю консультации с юристами относительно libel case по отношению к гр-ке К.Орловой.

П.П.С. «Орден от Новороссии»
Если внимательно прочитать стенограмму, возникает вполне закономерное предположение: может быть, в логово врага ездил не «американский шпион», кем у нас принято считать Алексея Венедиктова, а «российский разведчик»?
Скажу больше: никого не должна обманывать свободолюбивая, абсолютно либеральная риторика главного редактора «Эха Москвы». Человек он вполне системный, вхож в самые высокие кабинеты, и свою командировку в Вашингтон в этих самых высоких кабинетах наверняка согласовал. А вернувшись, передал туда же подробный отчет обо всех встречах и разговорах.
Да, конечно, я знаю, что он многим не нравится. А кто-то на его месте хотел бы видеть ярких патриотов вроде Дугина, Старикова или Проханова.
Но ни одного из перечисленных персон администрация США никогда не пригласит посоветоваться по поводу антироссийских санкций. А Венедиктова по разным поводам приглашают постоянно — часто в посольство, реже — в Белый дом.
https://novorosinform.org/704281

Андрей Илларионов

Livejournal

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


Подпишитесь на новогоднюю бесплатную рассылку:

dec-2015

Укажите свой email:

 

Подписка!